Климова И.Л.

                                               

        Настроение 


Вокруг меня вновь суета сует,
Я снова втянута в водоворот событий.
В себя уже мне не войти, не выйти -
Такой вот неожиданный сюжет.
Ловлю, как чудо, редкие мгновенья,
Когда я вдруг сама с собой, одна,
Когда меня ласкает тишина,
И, как болезнь, приходит вдохновенье.
Остановись, мгновение, постой!
Дай мне еще побыть в твоих объятьях,
Дай насладиться тем непрочным счастьем,
Что мне приносит временный покой...
Который раз даю себе зарок,
Что буду жить спокойно и прилично,
Но с места вновь срываюсь, как обычно,
Прорвавшись сквозь себя потоком строк...
    

             Я
Что я - частица мирозданья?
Я гений или Бог?
А, может, просто я - дыханье?
А, может быть, итог?
Что я? Лишь подголосок в хоре
иль первая струна?
А, может быть, я - чье-то горе?
А, может быть, судьба?
Быть может, я - венец творенья?
А, может, я - никто...
А, может, просто я - мгновенье,
И чудное, притом?
Кто я - всего лишь мать для сына
И дочка для отца?
А вдруг все звезда враз остынут
В час моего конца?


          Февраль
 
Открою дверь и выйду в зиму,
Пойду пройдусь по февралю.
Путь незатейлив - прочь и мимо
всего, чего я не люблю.
От суеты и ран сердечных
Уйду во вьюжистый февраль,
От разговоров-споров вечных,
И от тебя, моя печаль...
Сменю житейские невзгоды
И безнадёжность бытия
На блажь февральской непогоды.
Дни - на листки календаря.

Февраль в концу - пора вернуться,
Но разобрал меня азарт!
Вернусь на миг - переобуться -
И вновь уйду. На месяц. В март.



           ВЕСЕННЕЕ
Утопаю в весне,
         обжигаюсь лучами,
                        таю...
Мне б забыться во сне,
       да не спится ночами,
                        знаю,
Что привыкну,
         смирюсь,
            напитавшись дождями, светом,
Одного лишь боюсь:
             не сгореть бы
                      в начале лета


              ***

      День угасал мучительно,
             как будто умирал,
         по капле утекал в небытие,
            и вместе с ним сознание мое
                          теряло свой накал.
      День медленно тонул,
       и вечности река
            ко дну его влекла
                    так бережно,
                          так нежно,
                               как могла...
       Последний луч, не находя опоры,
                скользил, метался,
                    за облака цеплялся,
                            И, наконец, угас.
       В который раз
           приносит мне покой ночная тень,
             но завтра будет новый день,
                                вновь суета,
                            забот ненужных ком.
                                  Но это все потом...
        Теперь же - благодать
        не думать ни о чем, и ничего не знать,
                         и в вечности тонуть,
                              побыть никем чуть-чуть...