|
|
"Горе от ума"
(сценическая версия комедии Грибоедова,
режиссер Римас Туминас, московский театр «Современник»)
08.12.07
«Умом
Россию не понять…» «Чего
я ждал? Что думал
здесь
найти?» На
сцене «Современника» премьера. Давно ожидаемая, но
неожиданная! Именно
разыграли… Фразы
типа «прожили»,
«пережили»,
«просуществовали»… кажутся в данном
случае какими-то неподходящими…
Разыграли! Не в смысле розыгрыша, насмешки, обмана и надувательства!
Нет! Но
именно сыграли! Хорошую пьесу! С желанием, с удовольствием! Может быть,
даже
как дети, которым не важно, есть ли у них зрители, которые наблюдают за
их
игрой… Им нравится и они играют! Знаете,
как иногда бывает… Дело было к вечеру, делать было
нечего… И вдруг: А давайте!
– и в ответ: Давайте! Давайте! И огонек в глазах! И вот уже
все с мест
повскакивали: а я буду… Нет, не ты! А я! А я вот что могу! А
давайте вот здесь
вот так сделаем! Да ну тебя! Вот так интереснее! Сколько
раз я ходила по Чистопрудному бульвару… мимо памятника
Грибоедову… Даже встречи
под ним бывало назначала… Даже гадала, а что он тут делает?
Почему именно здесь
стоит! И
вот возвращаюсь после спектакля к метро… Иду мимо памятника
и думаю… Шел
Римас по бульвару, увидел Грибоедова, подумал, а что это в
«Современнике» его
пьеса не идет?.. почему бы ее не поставить! И правда! А как поставить?
Как по-ста-вить?
Да поставить надо что-нибудь! А что? И тут Римас подошел к памятнику
так
близко, что увидел фигуры персонажей великой грибоедовской комедии!
Фигуры эти
обрамляют постамент… Мы видим их лица! Узнаваемые почти как
маски театра дель
арто! Позы, красноречиво говорящие о социальной принадлежности,
поведении и
нравах… Кто в профиль, кто в анфас… и строго по
ранжиру… Одним
похожи: все как один прижались к
постаменту… Поставить
надо… печку надо
поставить! – подумал Римас.- Так, на сцене у нас будет печка!
И они вокруг нее…
все так вот и соберутся, попами прижмутся! Это кто? Чацкий! А это Лиза
за
спиной Софьи… Таааааааак! А где Петрушка? Нет? Петрушки нет? –
Римас улыбнулся в бороду и сощурил глаз.
П
е т р у ш к а и (он
же) несколько
говорящих слуг (см.Действующие лица) будет одним из самых главных в
спектакле
большого режиссера из очень маленькой страны… ![]() Памятник А.С.Грибоедову в Москве (Чистопрудный бульвар) ![]() Конечно,
я шучу… Конечно, я смеюсь… Но мне, действительно,
все это показалось, когда я
проходила после спектакля мимо памятника Грибоедову… Я не знаю, как у
режиссеров рождаются идеи,
возникают подходы к постановке той или иной пьесы… Но мне,
правда, кажется, что
Туминас из тех авторов, которые могут родить идею и не одну…
в считанные
секунды и вроде бы из ничего… Но это только так
кажется… Потому что рождаются
они не на голом месте, и за ними всегда что-то стоит… Даже
если ты головой,
умом этого порой не понимаешь (а я и половины не поняла), словами
объяснить не
можешь, каким-то чутьем ты ощущаешь, что это не белиберда, не бред
сивой кобылы
и не выпендреж... и
не загадка-ребус,
над которым надо долго ломать голову… Если говорить про этот
спектакль, то мне
он скорее напоминает сон… Сны интересны тем, что иногда в
них отражается то,
что ты уже реально пережил, правда, иногда это реальное принимает вдруг
какие-то иные формы…. А еще в снах бывают некие озарения,
когда вдруг приходит
что-то такое, о чем бы ты в бодрствующем состоянии даже и не
помыслил… Сон
– это некое отдельное состояние… где
сознание и подсознание вступают в особые отношения, в свою хитрую
игру… * *
*
Место
действия у Туминаса не дом Фамусова, не столичный город, а бери шире
– Россия… Бескрайняя
(как дом на сцене без стен и дверей), а потому неподвластная никакому
порядку, а,
значит, и пониманию стихия… (герои
то о кучу
дров споткнутся, то о чемоданы понаехавших заграничных гостей.. того
гляди,
либо шею сломят, либо ноги переломают)… необъятная,
необозримая, непостижимая
Россия… Тише едешь - дальше будешь, а приедешь –
все забудешь… Отсюда
и печка… в
русском доме вещь
незаменимая, а в сказках – одушевленная… Тут и поесть, и поспать, и
ненужное сжечь, и
нужное припрятать, и согреться с мороза, и собраться всем вместе в
долгие
зимние вечера… Вообщем, без печки никуда… Вещь
домообразующая… Правда, не
только согреться, но и угореть можно…
Следить нужно… Золу выгребать…
а еще хуже… птица какая замерзнет да в
трубу свалится… Вот
Петрушка и
старается… А я слежу за блестящими золинками-снежинками,
которые серебряным
дождем завораживающе
красиво падают
сверху вниз…пока Чацкий скороговоркой проговаривает свои
революционные речи… Россия…
Где, как не в этом безбрежном хаосе столько рассуждают о порядке,
справедливости и законе! Где
как не здесь рождались и рождаются все новые и новые правдоискатели и
мироустроители… Россия…
где как не здесь увяз и пропал в бесконечных холодных снегах не один
лихой
наполеон…. Петрушка умнее Чацкого? Знает наперед, что и этот зря языком молотит… Знает, что все это… слова, слова, слова, слова, слова… А потому будет делать свое нехитрое дело, за печкой приглядывать … а когда Чацкий сбежит в своей карете туда, откуда прибыл… залезет на его место, спину выпрямит, ногу на ногу закинет… То-то! Он-то на собственной шкуре знает, какие хозяева на Руси никогда не переведутся и на заграничные свободы не позарятся… Дуэт Фамусов-Петрушка в спектакле Туминаса это еще и история «русского народа, который заслуживает такого правительства, которое у него есть»… Это и собачья преданность (даже ласковость) своему хозяину, какой бы он ни был (а он то погладит, то поиграет, то высечет, то пинка даст)… это и гордость хозяйская талантами своих подопечных (любят у нас перед гостями на стульчик поставить да песенку петь заставить)… и полное пренебрежение (можно и как с куклой, и как с чурбаном обращаться)…и беда общая, и радость общая, и судьба одна… (кому бить, кому битым быть)… и характер! Собака ведь тоже укусить может! Не все на цепи сидеть! Вообщем, когда Фамусов через всю сцену перемигивается со своим слугой во время бала, а еще раньше Петрушка «записывает» в календарь то, что его хозяин с важным видом надиктовывает… понимаешь, что эти двое давно нашли «общий язык», приладились друг к другу, не смотря на всю пропасть между ними… так как свело их на этой стихийной территории под названием Россия злополучное «единство места, времени и действия». Другое
дело Молчалин… Этот (как и Чацкий по сути) не
вписывается… Но если Чацкий в
своей белой рубашечке со своими светлыми помыслами выглядит сумасшедшей
белой
вороной, залетевшей невесть откуда, то этот…Этот как
призрак, в сюртуке
своем, застегнутом на все пуговицы, как
серая подвальная мышь, которая как бы даже на законных правах живет
где-то в
углу за печкой в этом доме… Вылазит потихоньку, когда можно,
грызет то, что
достанется, те крохи, которые кто-то не прибрал или специально
подложил…
выискивает даже сырок… да уж не больно часто им лакомится,
потому что в
мышеловку попасть боится… Бояться и осторожничать
– вот его способ
существования… «Нет-с, свой талант у
всех… У вас? – Два-с: умеренность и
аккуратность. – Чудеснейшие два! И стоят наших
всех.» Молчалин
не служит, прислуживается… И в этом
его отличие не только от Чацкого («служить бы рад,
прислуживаться тошно»), но и
от Петрушки… Петрушка
может быть каким
угодно: придурковатым, себе на уме, хитрым, злым, ленивым, веселым,
талантливым, никчемным… даже жалким… Но он не
противный у Туминаса. Молчалин может
быть противным! И даже жутким! Если продолжить родившийся
образ… Ну что плохого
в мышке? Особенно, если ты ее сам завел… пусть живет!
Некоторым даже нравится!
(Чацкий никак не поймет, за что?) Сам по себе – один
– Молчалин не страшен… Но
мыши и крысы быстро размножаются и вот тогда… эпидемия!
Чума! («Идем бумаги
разбирать. – Я только нес их для докладу, Что в ход нельзя
пустить без справок,
без иных, Противуречья есть, и многое не дельно.») Это они
шуршат бумажками, от
которых зависят чьи-то судьбы, жизни, счастия, надежды и
мечты… Если
Петрушка с Лизой у
Туминаса не только в
платках кутаться да локтями ободранными сверкать могут, они еще и как
крепостные актеры талантами удивляют, в белых лосинах да черных париках
предстают… то Молчалин тоже «пищит» на
скрипочке… ♪
♫
♪ Музыка…
Мир Туминаса у меня неразрывно связан с миром природы, со всеми
природными
элементами (вода /снег, лед, пар/ – огонь /свет, искры, дым/
– земля /зерно,
дерево, камень/ – воздух /звук, свет, пространство/) и,
конечно, с музыкой… Все
эти элементы, кстати, могут не только музыкально молчать, но и
удивительно
точно звучать на сцене… Туминас
поэтичен и музыкален… он чувствует ритм и
мелодию… он знает, что «поэзия – это
слова, поставленные в единственно правильном
порядке»… он ищет этот порядок и
находит его… актеры у Туминаса то чеканят, то распевают, то
пробалтывают целые
куски… все это музыка…(конечно, не у всех
получается так, как у Нееловой и
Яковлевой в предыдущей работе Туминаса) Есть
еще музыка Фаустаса Латенаса… Можно
ли автора одного литературного произведения назвать писателем? А
человека,
написавшего вальс, композитором? В качестве главной темы спектакля у
Туминаса
звучит вальс Грибоедова. И
за это еще одно огромное спасибо создателям спектакля! Я не знала, что
Грибоедов писал музыку! Вальс
этот звучит то нежно и тихо, словно убаюкивает, то тревожно, то как
«звук
лопнувшей струны», то как скрежет, то как всякое отсутствие
гармонии… Он
еще долго будет у вас в голове, даже когда
вы уже покинете театр… В тот день, когда я смотрела
спектакль, на улице было
серо, ветрено и холодно…. Но после спектакля пошел снег,
небольшой… и он падал
при свете фонарей под музыку из вальса
Грибоедова, которая все еще звучала внутри, когда я
шла по Чистопрудному
бульвару…
Вот
Скалозуб не может расстаться со шпагою, она ему- любимая…
она не предмет
форменной одежды, а часть его самого… Вот
гости собрались и прижимаются с мороза к печке! Князь Тугоуховский
вскидывает
полы и пятится, отодвигая остальных в стороны… Вот
выкатывают старуху
Хлестову (под общий
смех зала!.. Актрису
Елену Яковлеву, которая предполагалась на эту роль, заменил ее муж
Валерий
Шальных… и это очередная неожиданность от Туминаса.
Интересно, когда Яковлева
поправится, спектакль так и будет идти как сейчас, или выздоровление актрисы повлечет ее
возвращение в спектакль, а
значит другой рисунок роли?!) А пока Хлестова, не говоря ни слова,
все-таки о
многом говорит, как и князь Тугоуховский в сцене бала…
Глухой, не слышит то,
что происходит, и лишь следя за реакцией других гостей, начинает с
запозданием
хлопать сам… А сцена со Скалозубом, где Петрушка изображает
весь его рассказ
как сурдопереводчик? А Г.N
(он же Г.D.),
распространяющий новость о безумии Чацкого?
А любовь…. Вот Чацкий, выговаривая Софье
наконец после всех обличений свету самое главное, зачем приехал -
«И все-таки я
вас без памяти люблю.» - затихает (это он говорливый!) и
только судорожно
хватает Софью за руку, не отпускает и тянет к себе… Или
Молчалин (напротив,
бессловесный) в конце не только разразился монологом, но и всем телом
выписывает то, что хочет наконец от себя, изнутри сказать (не то, что
положено,
а то, что чувствует)… «Не знаю. А меня так
разбирает дрожь, И при одной я мысли
трушу, Что Павел Афанасьич раз Когда-нибудь поймает нас, Разгонит,
проклянет!... Да что? Открыть ли душу? Я в Софье Павловне не вижу
ничего
Завидного. Дай бог ей век прожить богато, Любила Чацкого когда-то, Меня
разлюбит, как его. Мой ангельчик, желал бы вполовину К ней то же
чувствовать,
что чувствую к тебе (Лизе); Да нет, как ни твержу себе, Готовлюсь
нежным быть,
а свижусь – и простыну.» { - - - } (Он
еще в "Анфисе" парня этого, который "смог", который
покончил с собой, сумел сыграть так, что эта тема прозвучала, стала
важной... И
на вечере поэзии прошлой весной про "невыразимую печаль..." или про
город из 7 миллионов, который не заметил, что ушел всего один
человек... А
потом одно из моих любимых набоковских -«Мы только шорох в
старых парках, мы
только птицы, мы живем в очарованьи пятен ярких, в чередованье
звуковом»…
Хорошо читал!) И вот теперь эта роль… как когда-то Д.Жамойда
сыграл в «Играем…
Шиллера!» у Туминаса юродивого и как сыграл!!!
Текст
не трогает, не переписывает, но также как в «Марии
Стюарт» может вырезать целые
куски, а иные не прочитать, а показать через движения и
мимику… Или… или опять
обманывает наши ожидания!
Ну
вот и день прошел, и с ним Все
призраки, весь чад и дым Надежд,
которые мне душу наполняли. Чего
я ждал? Что думал здесь найти? Где
прелесть эта встреч? Участье в ком живое? Крик!
Радость! Обнялись! – Пустое. В
повозке так-то на пути Необозримою
равниной, сидя праздно, Все
что-то видно впереди Светло,
сине, разнообразно; И
едешь час, и два, день целый; вот резвó Домчались
к отдыху; ночлег: куда ни взглянешь Все
та же гладь и степь, и пусто и мертво… Досадно,
мочи нет, чем больше думать станешь…. Этот
монолог в исполнении Чацкого-Стебунова для меня прозвучал в этот раз
сильнее всех
других… -
- - И
хотя кое-что казалось лишним (Фамусов-Гармаш слишком часто щупал всех,
задирал
одежду, мог бы поменьше и кулаками махать, образ от этого ничего б не
потерял),
иногда действие казалось слишком затянутым, выбор актеров не совсем
точным, а
температура спектакля застывшей на одном и том же градусе…
не хватало,
возможно, отточенности и безупречности, которая была в
«Играем… Шиллера!»… но в
целом… в целом, я лично, очень рада, что увидела, что у меня
есть желание
повторить… съездить еще раз, когда спектакль уже
поживет… Я ведь попала даже не
на премьеру, а на прогон… И больше всего мне не хотелось бы,
чтобы это был (как
кто-то уже написал) «второй и, возможно, п о с л е д н и й
спектакль Туминаса в
Современнике». Если Современник не захочет новой встречи с
этим режиссером, то
кто-нибудь из актеров Современника захочет сходить налево… в
театр Вахтангова
(а вахтанговцы в зале были, к примеру, Л.Вележева, пришли на худрука
посмотреть? на то, что их ждет?), потому что у Туминаса есть какое-то
свое
гипнотическое обаяние…
И оно действует,
даже если ты не можешь разгадать все его образы, задумки и метафоры. Кстати,
кто-нибудь потом непременно напишет умные статьи, и то, что ты только
чувствовал, ощущал, кто-нибудь сможет облечь в слова…
Впрочем, я уже говорила,
что Туминас музыкален… А кто-то из композиторов сказал, что
если бы он мог
объяснить, что он хотел выразить в своей музыке, он бы тогда не стал ее
писать…
Идите и слушайте!!! PS мы сидели рядом с женщиной,
которая (как только
выключили свет) достала блокнот и начала писать… критик! Я
еще никогда вот так
не видела, как критики ходят на спектакли. Мне даже жалко было ее, ведь
таким
образом просто невозможно получить удовольствие от того, что происходит
на
сцене. Впрочем есть критики, которых я всегда читаю. Еще больше люблю
живые
отзывы зрителей.
Фотографии и рецензии: http://www.sovremennik.ru/play/about.asp?id=40
http://www.sovremennik.ru/play/photos.asp?id=40&photo=1
|